КПТ при тревоге

Коротко: главное

• Страх и тревога — не одно и то же. Страх — реакция на угрозу здесь и сейчас, тревога — на угрозу, которую человек ожидает в будущем. Обе нормальны; расстройством тревога становится, когда она избыточна, держится месяцами и мешает жить.
• Одна паническая атака — ещё не расстройство. Хотя бы одна атака за жизнь бывает примерно у 13 человек из 100, паническое расстройство — меньше чем у 2 из 100.
• Тревогу поддерживает защита от неё. Во всех главных моделях КПТ страх держится не на самой угрозе, а на избегании и «поведениях безопасности»: они не дают убедиться, что катастрофа не случается.
• Паника — это интерпретация ощущений. По модели Дэвида Кларка (1986) атаку раскручивает убеждение, что обычные телесные ощущения означают беду: «сердце колотится — значит, инфаркт».
• «Расслабьтесь и дышите» — не лечение паники. В большом компонентном анализе мышечная релаксация была связана с худшим результатом терапии, польза дыхательного тренинга не доказана, а лучше всего работали очная терапия с пересмотром мыслей и намеренным вызыванием пугающих ощущений.
• При социальной тревоге индивидуальная КПТ — первый выбор по британским рекомендациям NICE. В испытании группы Кларка после когнитивной терапии диагноз больше не ставился у 84% участников.
• У генерализованной тревоги несколько моделей: непереносимость неопределённости (Дюга), убеждения о самом беспокойстве (Уэллс), беспокойство как избегание (Борковец). Все они лечатся, но лучшую модель данные пока не определили.
• Тревогу о здоровье поддерживают проверки и поиск заверений. В испытании CHAMP после 5–10 сессий КПТ нормальный уровень тревоги о здоровье через год был примерно вдвое чаще, чем при обычной помощи: 14% против 7%. Новые симптомы сначала обследует врач.
• КПТ работает, но не волшебно. Против листа ожидания эффект большой, против плацебо — умеренный. Ключевые испытания провели сами авторы методов, и это нужно держать в уме.

Хронология

1. 1985

   Бек, Эмери и Гринберг: книга о когнитивном подходе к тревожным расстройствам и фобиям

   Когнитивная линия

2. 1986

   Дэвид Кларк (Оксфорд): когнитивная модель паники

   Когнитивная линия

3. 1988

   Барлоу и Краске: руководство Mastery of Your Anxiety and Panic, основа протокола контроля паники

   Поведенческая линия

4. 1989

   Ларс-Йоран Ёст: лечение специфических фобий за один сеанс

   Поведенческая линия

5. 1990

   Борковец и Ху: беспокойство приглушает реакцию сердца на пугающий образ

   Данные

6. 1991

   Пол Салковскис: концепция поведений безопасности

   Когнитивная линия

7. 1994

   Испытание Кларка и коллег: когнитивная терапия против релаксации и имипрамина при панике

   Данные

8. 1995

   Кларк и Уэллс: модель социальной фобии; Уэллс: метакогнитивная модель генерализованной тревоги

   Когнитивная линия

9. 1998

   Дюга и коллеги: модель непереносимости неопределённости

   Когнитивная линия

10. 2000

    Испытание Барлоу и коллег: КПТ, имипрамин и их сочетание при панике (312 человек)

    Данные

11. 2006

    Испытание Кларка и коллег: когнитивная терапия социальной фобии, 84% против 42%

    Данные

12. 2008

    Книга Уэллса о метакогнитивной терапии

    Третья волна

13. 2011

    NICE CG113: рекомендации по генерализованной тревоге и панике

    Данные

14. 2013

    NICE CG159: первые рекомендации NICE по социальной тревоге

    Данные

15. 2014

    Сетевой метаанализ 101 испытания при социальной тревоге

    Данные

16. 2017

    Единый протокол Барлоу не уступил специализированным протоколам

    Данные

17. 2018

    Метаанализ плацебо-контролируемых испытаний КПТ; компонентный анализ терапии паники

    Данные

Как читать: метки надёжности

У каждого важного утверждения стоит метка в скобках, а после точки с запятой — источник. Доказано исследованиями — рандомизированные испытания (участников по жребию делят на группы и сравнивают результат) или метаанализы (сводки многих испытаний). Клинический консенсус — клинические рекомендации (например, британского института NICE), классификации болезней и позиции профессиональных ассоциаций. Со слов автора — модель или утверждение самого создателя метода, которое независимо не проверялось. Трактовка — прочтение данных, которое можно оспорить. Документальный факт — даты, публикации, названия. Не проверено — первоисточник открыть не удалось. Если источники расходятся, приводятся обе версии.

Страх и тревога: в чём разница

Классификации болезней проводят границу по времени: страх — про «сейчас», тревога — про «а вдруг потом».

Представьте, что вы переходите дорогу, и из-за угла выезжает машина. Вы отпрыгиваете раньше, чем успеваете подумать. Это страх. А теперь представьте, что до разговора с начальником ещё неделя, а вы уже плохо спите, прокручиваете, что он скажет, и чувствуете, как напряжены плечи. Это тревога.

Международная классификация болезней МКБ-11 описывает страх как реакцию на воспринимаемую непосредственную угрозу в настоящем, а тревогу — как реакцию, больше направленную в будущее, на ожидаемую угрозу клинический консенсус; МКБ-11, ВОЗ, версия 2026-01, по Find-A-Code. Американский справочник DSM-5 добавляет, что страх чаще связан со всплесками возбуждения «бей или беги» и бегством, а тревога — с мышечным напряжением, настороженностью и избеганием клинический консенсус; DSM-5, по Eppel & Swinson, 2024. Текущая редакция справочника — DSM-5-TR (2022); дословно сверить с ней эту формулировку не удалось не проверено.

Обе реакции нормальны и полезны: страх уводит из-под машины, тревога заставляет готовиться к экзамену. Проблема начинается, когда тревога становится избыточной для ситуации, держится месяцами и начинает решать за человека, куда ходить и с кем говорить. Тогда говорят о тревожном расстройстве.

Какие бывают тревожные расстройства

В МКБ-11 есть отдельная группа «Тревожные расстройства и расстройства, связанные со страхом». Расстройства внутри неё различаются тем, что именно вызывает опасение клинический консенсус; МКБ-11, ВОЗ, версия 2026-01, по Find-A-Code; Domschke & Zwanzger, 2025.

В МКБ-11, как и в DSM-5, паническое расстройство и агорафобия ставятся отдельно и могут сочетаться документальный факт; Domschke & Zwanzger, 2025. Для генерализованной тревоги в МКБ-11 убрали жёсткий шестимесячный срок и фиксированное число симптомов: нужны выраженные симптомы «не менее нескольких месяцев, большую часть дней» документальный факт; Domschke & Zwanzger, 2025. Обсессивно-компульсивное расстройство и посттравматическое стрессовое расстройство в МКБ-11 вынесены в другие группы; о них — в выпуске 9.

Насколько это распространено

Две оценки ВОЗ относятся к разным годам: 301 млн — за 2019 год, 470 млн — за 2023 год; актуальная — вторая документальный факт; ВОЗ, 2023 и 2026. Обе показывают одно: тревожные расстройства — одни из самых частых психических расстройств, и большинство людей с ними не получает помощи.

Общая логика КПТ: защита, которая поддерживает страх

У каждого тревожного расстройства своя модель, но механизм у них общий.

Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) при тревоге — не один метод, а семейство протоколов. Протокол — это расписанный план терапии с понятными шагами. У каждого расстройства есть своя когнитивная модель: что именно человек считает опасным и что он делает, чтобы защититься. Терапия прицельно ломает то, что поддерживает тревогу документальный факт; Barlow et al., 2017.

Общая идея звучит неожиданно: тревогу поддерживает не сама угроза, а то, что человек делает, чтобы от неё защититься.

• При панике человек садится и держится за стену, «чтобы не упасть».
• При социальной тревоге молчит и прячет руки, «чтобы не заметили, как они дрожат».
• При генерализованной тревоге продолжает беспокоиться, «чтобы быть готовым к худшему».

Поведения безопасности

Британский психолог Пол Салковскис в 1991 году описал такие действия как поведения безопасности (safety-seeking behaviours). Это действия, которые, по мнению человека, предотвращают катастрофу. Раз человек уверен, что они его спасают, «спонтанное опровержение угрозы становится особенно маловероятным», и поэтому поведения безопасности могут быть ключевым фактором, который поддерживает тревожные расстройства со слов автора; Salkovskis, 1991.

Как это выглядит в жизни. Человек боится упасть в обморок в магазине и всегда держится за тележку. Обморока не случается. Вывод мозга: «Хорошо, что держался». Проверить, упал бы он без тележки, не получается никогда, поэтому страх остаётся прежним.

Рядом с поведениями безопасности стоит избегание: человек просто не идёт туда, где страшно. Избегание даёт облегчение сразу, а платить за него приходится потом: мир постепенно сужается.

Как это проверили

В эксперименте Салковскиса, Кларка и коллег (1999) 18 пациентов с паникой и агорафобией провели 15 минут в пугающей ситуации. Одна группа сохраняла привычные защиты, другая намеренно от них отказалась. На повторной проверке у тех, кто отказался от защит, было достоверно меньше тревоги и меньше веры в катастрофу. Авторы сами оговаривают малую выборку и то, что эффект отказа от защит нельзя полностью отделить от эффекта объяснения, которое получали участники доказано исследованиями, одно небольшое исследование; Salkovskis et al., 1999.

Таблица — учебная сводка по моделям, описанным ниже трактовка; по Clark, 1986; Clark & Wells, 1995; Wells, 1995; Salkovskis, 1991.

Как обычно устроена терапия

В общих чертах путь выглядит так: оценка (беседа и опросники) → исключение медицинских причин симптомов, особенно при панике → индивидуальная схема случая по модели расстройства, которую терапевт рисует вместе с клиентом на примере последнего эпизода → объяснение, как работает тревога → пересмотр мыслей и поведенческие эксперименты → отказ от поведений безопасности → подготовка к возможным откатам трактовка; общепринятая структура протоколов, по NICE, 2011, 2013. Как строится схема случая, разобрано в выпуске 4, как пересматривают мысли — в выпуске 5.

Из-за роли поведений безопасности в современных протоколах экспозицию (намеренную встречу со страхом) обычно подают как поведенческий эксперимент: человек проверяет конкретный прогноз, например «если отпущу тележку, упаду», и делает это без привычных защит со слов автора; Clark, 1986; Salkovskis, 1991. Подробно о поведенческих экспериментах и экспозиции как технике — в выпуске 6.

Паника: как тело пугает само себя

Паническая атака — это всплеск страха, а паническое расстройство — это страх перед следующим всплеском.

Паническая атака и паническое расстройство

Паническая атака — резкий всплеск сильного страха или дискомфорта, который достигает пика за несколько минут. Для диагноза в DSM нужно не меньше четырёх симптомов из списка: сердцебиение, потливость, дрожь, ощущение нехватки воздуха, боль в груди, тошнота, головокружение, ощущение нереальности, страх сойти с ума или умереть и другие клинический консенсус; DSM-5, по Cackovic et al., 2023. В среднем атака длится около 10 минут доказано исследованиями, по обзору; Tunnell et al., 2024.

Паническое расстройство — это когда атаки повторяются неожиданно, а потом не меньше месяца человек постоянно боится новых атак или их последствий либо меняет поведение, чтобы их избежать клинический консенсус; DSM-5, по Cackovic et al., 2023. В МКБ-11 (код 6B01) описание похожее: повторяющиеся неожиданные атаки, не привязанные к определённым стимулам, плюс стойкое беспокойство или избегание, которые нарушают жизнь клинический консенсус; МКБ-11, ВОЗ, версия 2026-01, по Find-A-Code.

Медианный возраст начала панического расстройства в этих обследованиях — 32 года, и у 80,4% людей с паническим расстройством за жизнь было ещё какое-то психическое расстройство доказано исследованиями; de Jonge et al., 2016, 2018. До 12% пациентов отделений неотложной помощи соответствуют критериям панического расстройства, а если жалоба — боль в груди, то 20–35% доказано исследованиями, по обзору; Tunnell et al., 2024.

Модель Кларка: порочный круг

В 1986 году оксфордский психолог Дэвид Кларк опубликовал статью «A cognitive approach to panic». Его идея: панические атаки возникают из-за катастрофической неверной интерпретации определённых телесных ощущений, в основном тех, что бывают при обычной тревоге: сердцебиения, одышки, головокружения. Главный пример в статье — человек воспринимает сердцебиение как признак надвигающегося инфаркта со слов автора; Clark, 1986.

Круг выглядит так (со слов автора; Clark, 1986; последовательность звеньев — по учебному курсу Открытого университета, OpenLearn):

1. Триггер — внешний (душное метро, очередь) или внутренний (сердце забилось после кофе, мысль «а вдруг опять»).
2. Воспринимаемая угроза.
3. Опасение — тревога растёт.
4. Телесные ощущения — сердце колотится, не хватает воздуха, кружится голова, всё кажется ненастоящим.
5. Катастрофическая интерпретация — «это инфаркт», «задохнусь», «упаду», «схожу с ума», «потеряю контроль».
6. Интерпретация усиливает угрозу, ощущений становится больше, и круг замыкается за секунды.

Почему круг не размыкается сам. Во-первых, поведения безопасности: сесть, держаться за поручень, носить с собой воду и таблетку, выходить только с кем-то. Каждый раз, когда атака заканчивается без катастрофы, человек объясняет это защитой со слов автора; Salkovskis, 1991. Во-вторых, внимание: тот, кто боится за сердце, постоянно его проверяет и замечает удары, которых другой просто не услышал бы. В-третьих, избегание ситуаций и занятий, которые вызывают ощущения (спорт, жара, кофе), что ведёт к агорафобии трактовка; по описанию модели в OpenLearn и Psychology Tools.

Модель объясняет и атаки «как гром среди ясного неба»: безобидное ощущение, например после бега за автобусом, человек связывает с паникой. И ночные атаки: ощущение во сне запускает круг, и атака будит человека со слов автора; по изложению модели в OpenLearn. Критики указывают на ночные атаки без осознаваемой пугающей мысли и на биологические модели паники; эти линии критики для конспекта по первоисточникам не открывались не проверено.

Модель проверяли и косвенно: когнитивные показатели в конце лечения предсказывали исход на отдалённом наблюдении в испытаниях 1994 и 1999 годов, что согласуется с моделью доказано исследованиями; Clark et al., 1994; Clark et al., 1999.

Как лечат панику

Самое эффективное в терапии паники звучит странно: пугающие ощущения вызывают нарочно.

Когнитивная терапия паники (Оксфорд)

Протокол Кларка и Салковскиса в общем виде включает такие шаги трактовка; общепринятое описание протокола, руководство не открывалось:

1. Вместе с клиентом разобрать по модели конкретный эпизод: ощущения → мысль → насколько верил → что сделал.
2. Пересмотреть интерпретацию: что говорит за «инфаркт» и против него, какое есть другое объяснение («сердце бьётся от тревоги и кофе»).
3. Поведенческие эксперименты: вызвать ощущения безобидным способом (частое дыхание, бег на месте) и увидеть, откуда они берутся.
4. Отказаться от поведений безопасности в эксперименте: «что будет, если не сесть?»
5. Встретиться с избегаемыми ситуациями как с проверкой прогноза.
6. Подготовиться к возможным откатам.

Стандартный курс КПТ паники обычно занимает 12–15 часовых сессий трактовка; обзор Rayburn & Otto, 2003. В испытании 1999 года (43 человека) краткая версия — около 6,5 часа времени терапевта плюс модули для самостоятельной работы — не уступила полной: обе были лучше листа ожидания, результат сохранялся через 12 месяцев доказано исследованиями; Clark et al., 1999.

Протокол контроля паники (Барлоу и Краске)

Американские психологи Дэвид Барлоу и Мишель Краске разработали протокол Panic Control Treatment на основе руководства Mastery of Your Anxiety and Panic документальный факт; Barlow & Craske, 1988. В него входят: объяснение природы тревоги и паники, дневник атак, дыхательные навыки, пересмотр мыслей (в первую очередь переоценки вероятности беды), интероцептивная экспозиция, встреча с избегаемыми ситуациями и профилактика рецидива со слов автора; Craske & Barlow, по OUPblog, 2007.

Интероцептивная экспозиция: кружиться на стуле с терапевтом

Интероцептивная экспозиция (interoceptive exposure) — намеренное вызывание пугающих телесных ощущений. «Интероцепция» — восприятие сигналов изнутри тела: сердцебиения, дыхания, равновесия. Смысл в том, чтобы человек получил новый опыт: «сердце колотится, голова кружится — и ничего страшного не происходит».

Стандартный набор упражнений описали Краске и Барлоу документальный факт; Craske & Barlow, 1993, по таблице в учебнике издательства Macmillan:

Сильнее всего на паническую атаку похожи частое глубокое дыхание (гипервентиляция), кружение и дыхание через соломинку доказано исследованиями; Schmidt & Trakowski, 2004; Antony et al., 2006. В немецком проекте Panic Net у 301 пациента повторение интероцептивных упражнений надёжно снижало и силу ощущений, и тревогу, и чем больше было повторений, тем сильнее снижение доказано исследованиями; Westphal et al., 2015.

Как это делают в терапии трактовка; по Schmidt & Trakowski, 2004:

1. Терапевт проводит все упражнения в кабинете, клиент оценивает силу ощущений, тревогу и сходство с паникой.
2. Из упражнений строится лестница: от слабых к самым похожим на атаку.
3. Упражнение выполняется в полную силу, затем клиент остаётся с ощущениями, не отвлекаясь и без защит. «Вполсилы» — это тоже поведение безопасности.
4. Перед упражнением записывается прогноз («потеряю контроль»), после — что произошло на самом деле.
5. Затем навык переносят в жизнь: кофе, лестница, сауна, спорт.

Что в терапии паники работает, а что нет

В 2018 году Помполи и коллеги разобрали КПТ паники на отдельные компоненты: 72 испытания, 4064 участника доказано исследованиями; Pompoli et al., 2018. Результаты по отношению шансов ремиссии (больше 1 — лучше, меньше 1 — хуже):

Самой эффективной оказалась комбинация: очный формат, психообразование, поддержка, пересмотр мыслей и интероцептивная экспозиция. Против самой слабой комбинации отношение шансов ремиссии составило 7,69, против обычного пакета КПТ — 2,33. Вывод авторов: эффективные пакеты КПТ паники должны включать очный формат и интероцептивную экспозицию и обходиться без мышечной релаксации и виртуальной реальности. Сами авторы называют ограничения: небольшие исследования, широкие интервалы, нет долгосрочных данных, возможное влияние приверженности исследователей своим методам доказано исследованиями; Pompoli et al., 2018.

КПТ, таблетки и что держится дольше

В испытании Кларка и коллег (1994; 64 человека) сравнили когнитивную терапию, прикладную релаксацию, антидепрессант имипрамин и лист ожидания. Через 3 месяца когнитивная терапия была лучше обоих вариантов по большинству показателей. Через 6 месяцев она сравнялась с имипрамином, и оба были лучше релаксации. Между 6-м и 15-м месяцами часть пациентов на имипрамине получила рецидив, и через 15 месяцев когнитивная терапия снова была лучше обоих вариантов доказано исследованиями; Clark et al., 1994.

В большом американском испытании Барлоу и коллег (2000; 312 человек, 4 центра, двойное слепое плацебо-контролируемое) было пять групп. За 3 месяца на лечение ответили 48,7% в группе КПТ, 45,8% на имипрамине, 60,3% на сочетании КПТ с имипрамином и 21,7% на плацебо; КПТ и имипрамин были лучше плацебо. Через полгода после окончания лечения улучшение сохранилось у 41,0% в группе «КПТ + плацебо», у 31,9% после одной КПТ, у 26,3% после сочетания с имипрамином и у 19,7% после одного имипрамина доказано исследованиями; Barlow et al., 2000. В острой фазе сочетание достоверно не отличалось от других групп; в поддерживающей фазе оно было лучше каждого метода по отдельности, но не лучше «КПТ + плацебо». А после отмены лучше держались группы с КПТ без активного препарата доказано исследованиями; Barlow et al., 2000.

NICE рекомендует при панике КПТ в объёме 7–14 часов в сумме, с завершением в пределах 4 месяцев, и не рекомендует бензодиазепины из-за худших долгосрочных исходов клинический консенсус; NICE, 2011. Американская ассоциация психологов (APA, Отделение клинической психологии) даёт КПТ при панике статус «сильной доказательной поддержки» клинический консенсус; Society of Clinical Psychology.

Социальная тревога: «все смотрят на меня»

При социальной тревоге человек видит себя не глазами других, а изнутри своих ощущений.

Социальное тревожное расстройство (МКБ-11, код 6B04; раньше его называли социальной фобией) — выраженный и избыточный страх в социальных ситуациях. Человек боится, что поведёт себя или покажет признаки тревоги так, что его негативно оценят. Ситуации избегаются или переносятся с сильным страхом, это длится несколько месяцев и заметно мешает жизни клинический консенсус; МКБ-11, ВОЗ, версия 2026-01, по Find-A-Code.

По данным Всемирных обследований психического здоровья (28 обследований, 142 405 человек), социальное тревожное расстройство хотя бы раз в жизни бывает у 4,0% людей, за последний год — у 2,4%; чаще в странах с высоким доходом, начинается обычно рано доказано исследованиями; Stein et al., 2017.

Модель Кларка и Уэллса (1995)

В 1995 году Дэвид Кларк и Эдриан Уэллс описали когнитивную модель социальной фобии документальный факт; Clark & Wells, 1995. Главное в ней: в социальной ситуации человек переключает внимание внутрь и строит впечатление о том, как он выглядит, из своих ощущений и образов, а не из того, что видят другие со слов автора; Clark & Wells, 1995, по изложению в Brown, 2007, и Psychology Tools. Саму главу 1995 года открыть не удалось; компоненты ниже описаны по диссертации Brown (2007), материалу Psychology Tools и перечню мишеней лечения в рекомендациях NICE.

Компоненты модели со слов автора; по Brown, 2007; Psychology Tools; NICE, 2013:

1. Негативные убеждения трёх видов: слишком высокие стандарты («я должен говорить блестяще»), условные убеждения («если я запнусь, подумают, что я слабый») и безусловные убеждения о себе («я скучный»). Они включаются при входе в ситуацию, и ситуация оценивается как опасная.
2. Внимание к себе (самофокусированное внимание) и образ себя со стороны. Впечатление о себе строится изнутри: «чувствую тревогу — значит, выгляжу тревожно». В исследовании Хакманн, Сурави и Кларка (1998) негативные образы себя со стороны описали 77% людей с социальной фобией и 10% людей из контрольной группы доказано исследованиями, в изложении Brown, 2007.
3. Поведения безопасности: репетировать фразы, избегать взгляда, держать стакан двумя руками, говорить мало или, наоборот, без остановки. Они не дают проверить страх, сами создают странное впечатление (человек, который молчит и не смотрит в глаза, может казаться холодным) и усиливают внимание к себе.
4. Телесные симптомы — покраснение, дрожь, «пустая голова», — которые кажутся заметными всем.
5. Тревога до события (предвосхищающая обработка): человек прокручивает сценарии провала и вспоминает прошлые неудачи.
6. «Разбор полётов» после события (постсобытийная обработка): человек детально перебирает, что пошло не так, опираясь на свой искажённый образ, и ситуация в памяти становится хуже, чем была.

Часть экспериментов модель не подтверждает: например, в отдельных исследованиях внимание к себе не влияло на пульс, а ложная информация о пульсе не усиливала взгляд на себя со стороны трактовка; по обзору в Brown, 2007.

Культура меняет содержание страха. МКБ-11 признаёт японский вариант социальной тревоги, «тайдзин кёфусё» (taijin kyofusho): страх не того, что тебя осудят, а того, что ты своим видом или поведением доставишь неудобство или обидишь других документальный факт; Domschke & Zwanzger, 2025.

Как лечат социальную тревогу

Рекомендации NICE (CG159) перечисляют, что должна включать индивидуальная КПТ по модели Кларка и Уэллса клинический консенсус; NICE, 2013:

1. Объяснение природы социальной тревоги.
2. Эксперименты, которые показывают вред внимания к себе и поведений безопасности.
3. Видеообратную связь, чтобы исправить искажённый негативный образ себя.
4. Систематическую тренировку внимания, направленного вовне.
5. Поведенческие эксперименты в сессии и связанные с ними домашние задания.
6. Работу с травматичными социальными воспоминаниями.
7. Анализ и изменение глубинных убеждений.
8. Работу с тревогой до событий и «разбором полётов» после.
9. Профилактику рецидива.

Объём — до 14 сессий по 90 минут примерно за 4 месяца клинический консенсус; NICE, 2013.

Эксперимент с поведениями безопасности. Как это обычно делают в терапии: клиент ведёт разговор дважды — сначала с вниманием на себе и всеми привычными защитами, потом без защит и с вниманием на собеседнике — и сравнивает свою тревогу и то, как, по его мнению, он выглядел трактовка; общепринятое описание протокола, руководство не открывалось.

Видеообратная связь. Разговор записывают на видео. Перед просмотром клиент подробно описывает, как, по его ощущениям, выглядел («красный как помидор, голос дрожал, паузы бесконечные»), представляет эти признаки и потом смотрит запись так, будто видит незнакомого человека. В эксперименте Харви, Кларка и коллег (2000) такая подготовка усиливала эффект: участники с подготовкой оценивали своё выступление лучше, чем без неё доказано исследованиями, эксперимент не на пациентах; Harvey et al., 2000.

Цифры. В испытании Кларка и коллег (2006; 62 человека) когнитивную терапию сравнили с признанным методом — экспозицией в сочетании с прикладной релаксацией. После лечения диагноз больше не ставился у 84% после когнитивной терапии, у 42% после экспозиции с релаксацией и ни у кого в листе ожидания; через год разница сохранилась доказано исследованиями; Clark et al., 2006.

В сетевом метаанализе Мэйо-Уилсона и коллег (2014; 101 испытание, 13 164 участника) индивидуальная КПТ дала большой эффект против листа ожидания (SMD −1,19) и превзошла психологическое плацебо (−0,56); антидепрессанты группы SSRI и SNRI превзошли таблетку-плацебо (−0,44). Только индивидуальная КПТ и SSRI/SNRI превзошли соответствующее плацебо. Вывод авторов: индивидуальная КПТ — лучший начальный выбор, а препараты — для тех, кто их предпочитает доказано исследованиями; Mayo-Wilson et al., 2014.

NICE называет индивидуальную КПТ (по модели Кларка и Уэллса или Хаймберга) первой линией помощи, не рекомендует рутинно заменять её групповой и не рекомендует при социальной тревоге, например, бензодиазепины, а также ботулотоксин от потливости и операцию от покраснения клинический консенсус; NICE, 2013.

Генерализованная тревога: почему невозможно перестать беспокоиться

При генерализованной тревоге беспокойство кажется полезным, а остановить его не получается.

Генерализованное тревожное расстройство (ГТР) (МКБ-11, код 6B00) — выраженные симптомы тревоги не менее нескольких месяцев, большую часть дней, с общим опасением или избыточным беспокойством о многих повседневных вещах: семье, здоровье, деньгах, учёбе, работе клинический консенсус; МКБ-11, ВОЗ, версия 2026-01, по Find-A-Code.

По данным Всемирных обследований психического здоровья (26 стран, 147 261 взрослый), ГТР хотя бы раз в жизни бывает у 3,7% людей, за последний год — у 1,8%; в странах с высоким доходом за жизнь — у 5,0%. Тяжёлое нарушение в работе, учёбе или отношениях отмечали 50,6% людей с ГТР, обращались за лечением 49,2% доказано исследованиями; Ruscio et al., 2017.

У КПТ здесь нет одной модели. Обзор Бехар и коллег (2009) разбирает пять моделей ГТР и видит в них общий знаменатель — избегание внутренних переживаний: мыслей, убеждений, эмоций трактовка; Behar et al., 2009. Ниже три самые известные.

Дюга: непереносимость неопределённости

Канадский психолог Мишель Дюга и коллеги (1998) предложили модель из четырёх элементов: непереносимость неопределённости, убеждения о беспокойстве, слабая ориентация на решение проблем и когнитивное избегание со слов автора; Dugas et al., 1998. Простыми словами: человеку невыносимо не знать, даже если вероятность плохого исхода мала; беспокойство кажется способом подготовиться («если я продумаю всё плохое, я буду готова»); в своей способности решать проблемы человек не уверен; а от пугающих образов уходит в словесное «прокручивание» трактовка; общепринятое описание модели.

В первой проверке (24 пациента с ГТР и 20 человек без расстройства) все четыре переменные помогали различать группы, ведущей была непереносимость неопределённости, и верно классифицировано 82% участников доказано исследованиями, малая выборка; Dugas et al., 1998. Групповая КПТ по этой модели (14 сессий, 52 взрослых) была лучше листа ожидания, и улучшение продолжалось 2 года наблюдения доказано исследованиями; Dugas et al., 2003.

Уэллс: беспокойство о беспокойстве

Британский психолог Эдриан Уэллс (1995) предложил метакогнитивную модель. «Метакогниции» — это мысли о мыслях. По Уэллсу, проблема не столько в содержании беспокойства, сколько в убеждениях о нём. С одной стороны, человек считает беспокойство полезным («оно помогает подготовиться»), с другой — опасным и неконтролируемым («я не могу его остановить», «от этого я сойду с ума»). Так появляется метабеспокойство — беспокойство о самом беспокойстве, и ощущение, что мышление выходит из-под контроля со слов автора; Wells, 1995, 1999.

Метакогнитивная терапия (МКТ, Wells, 2008) работает с этими убеждениями, а не с содержанием каждого «а вдруг». В протоколе испытания 2018 года она не использовала ни пересмотр содержания мыслей, ни экспозицию, ни релаксацию; её методы — оспаривание убеждений о неконтролируемости и опасности беспокойства, поведенческие эксперименты и откладывание «прокручивания» документальный факт; Nordahl et al., 2018. Подробнее о МКТ как части «третьей волны» — в выпуске 13.

Борковец: беспокойство как избегание

Американский психолог Томас Борковец предложил теорию избегания. В эксперименте Борковца и Ху (1990) люди со страхом публичных выступлений представляли пугающую сцену после расслабления, нейтральных мыслей или беспокойства. После беспокойства пульс на пугающий образ рос меньше всего, хотя субъективно страшно было больше. Вывод авторов: беспокойство может подавлять эмоциональную переработку и тем самым сохранять структуру страха доказано исследованиями; Borkovec & Hu, 1990.

Простыми словами: словесное «прокручивание» на время приглушает телесную реакцию, даёт короткое облегчение и поэтому закрепляется. А поскольку почти всё, о чём человек беспокоится, не случается, мозг делает ложный вывод: «Я беспокоился — и обошлось». Вторая часть — общепринятая трактовка теории, дословно в открытых источниках она не найдена трактовка. Обзорная глава Борковца и коллег 2004 года не открывалась не проверено.

Как лечат ГТР

Общие ходы терапии, если свести разные протоколы вместе трактовка; сводка по Dugas et al., 2003; Nordahl et al., 2018; NICE, 2011:

• Дневник беспокойства: о чём, сколько времени, что сделал.
• Разделить решаемую проблему («не оплачен счёт») и гипотетическое «а вдруг» («а вдруг заболею»). Решаемое решают по шагам, с гипотетическим учатся переносить неизвестность.
• Откладывать беспокойство на определённое время — как эксперимент против убеждения «я не могу это контролировать».
• Переоценивать убеждения о беспокойстве: помогает ли оно на самом деле, опасно ли оно.
• Сокращать перепроверки и вопросы «точно всё будет хорошо?». Каждое заверение успокаивает ненадолго и работает как поведение безопасности.

Модели сравнивали и в испытаниях. В норвежском испытании Нордаля и коллег (2018; 81 человек) метакогнитивную терапию сравнили с КПТ Борковца. Выздоровление (по опроснику беспокойства PSWQ) после лечения — 65% против 38%, через 2 года — 57% против 31% доказано исследованиями; Nordahl et al., 2018. Супервизорами были сами авторы протоколов, Уэллс и Борковец, оба получают роялти от связанных публикаций; выборка мала, клиника одна документальный факт; Nordahl et al., 2018. В нидерландском испытании метакогнитивная терапия тоже обошла терапию непереносимости неопределённости доказано исследованиями; van der Heiden et al., 2012, по NICE Evidence Update, 2012. Раньше Борковец и Костелло (1993) показали, что прикладная релаксация и КПТ при ГТР примерно равны и обе лучше недирективной терапии доказано исследованиями; Borkovec & Costello, 1993.

Американская ассоциация психологов даёт сильную доказательную поддержку КПТ и прикладной релаксации при ГТР, а метакогнитивную терапию пока называет «перспективной» клинический консенсус; Society of Clinical Psychology. NICE рекомендует ступенчатую помощь: сначала объяснение и наблюдение, затем самопомощь на основе КПТ, затем при выраженных нарушениях — КПТ или прикладная релаксация (обычно 12–15 еженедельных часовых сессий) или препараты по выбору человека; при сложном ГТР или высоком риске самоповреждения — специализированная помощь клинический консенсус; NICE, 2011.

Специфические фобии: самый «поведенческий» случай

При фобиях главное лекарство — экспозиция, и иногда хватает одного длинного сеанса.

Специфическая фобия — выраженный страх конкретного объекта или ситуации: высоты, животных, полётов, крови, уколов. Страх несоразмерен реальной опасности, и человек избегает встречи с ним клинический консенсус; МКБ-11, код 6B03, ВОЗ, версия 2026-01, по Find-A-Code.

Это одно из самых частых тревожных расстройств. По данным Всемирных обследований психического здоровья (25 обследований в 22 странах, 124 902 человека), специфическая фобия за жизнь бывает у 7,4% людей, за последний год — у 5,5%; у женщин чаще (9,8% против 4,9% за жизнь). Медианный возраст начала — 8 лет. Хоть какое-то лечение за год получали 23,1% людей с фобией доказано исследованиями; Wardenaar et al., 2017.

Главный метод — экспозиция: постепенная, по плану, встреча с тем, чего человек боится. В метаанализе Волицки-Тейлор и коллег (2008; 33 рандомизированных исследования) экспозиция дала большой эффект против отсутствия лечения, превзошла плацебо и другие активные психотерапии; экспозиция в реальности была лучше воображаемой и виртуальной сразу после лечения, но не на отдалённом наблюдении доказано исследованиями; Wolitzky-Taylor et al., 2008.

Шведский психолог Ларс-Йоран Ёст в 1989 году описал лечение за один сеанс (one-session treatment): до трёх часов подряд экспозиции, показа примера терапевтом, проверки пугающих прогнозов и поддержки. В его первой серии из 20 пациентов 90% были «значительно улучшены или полностью выздоровели» со слов автора; Öst, 1989, по Davis, Ollendick & Öst, 2012. Это серия случаев без контрольной группы. Обзор 2008 года называет метод перспективным, но просит независимых повторений и сравнений с другими активными методами доказано исследованиями, обзор; Zlomke & Davis, 2008.

Как объясняют работу экспозиции сегодня. Мишель Краске и коллеги (2014) предлагают строить экспозицию по модели тормозного научения, а не только ради «привыкания» к страху. Их практические советы: строить упражнение так, чтобы ожидание катастрофы явно не подтверждалось, убирать сигналы безопасности, менять контексты и условия упражнений документальный факт; Craske et al., 2014. Обычно эту модель объясняют так: экспозиция не стирает старый страх, а создаёт новое знание «это безопасно», которое с ним конкурирует трактовка.

Тревога о здоровье: когда проверка не успокаивает

Почему поиск симптомов в интернете и ещё один анализ «для спокойствия» часто делают тревогу сильнее.

Тревога о здоровье (раньше её называли ипохондрией) — стойкий страх, что у тебя уже есть или вот-вот начнётся серьёзная болезнь, хотя обследования и врачи этого не подтверждают. Человек не притворяется: ощущения реальны, а страх мучителен.

В 1986 году Пол Салковскис и Хилари Уорвик предложили смотреть на это через модель КПТ. Главное в ней — поведение, похожее на избегание: поиск заверений («скажите, что это не рак») и повторные проверки тела. Именно они, по модели, поддерживают озабоченность здоровьем. В двух описаниях отдельных случаев медицинское заверение давало облегчение ненадолго, а лечение, которое сокращало поиск заверений, помогло быстро со слов авторов; Salkovskis & Warwick, 1986. Это два случая без контрольной группы, то есть идея, а не доказательство.

Цикл обычно описывают так трактовка; по модели Салковскиса и Уорвика: человек замечает ощущение, например покалывание в груди → толкует его как признак болезни («это сердце») → становится тревожно → он проверяет: щупает пульс, читает о симптомах, спрашивает близких, просит ещё один анализ → ненадолго становится легче → но внимание к телу растёт, человек замечает больше ощущений и сомневается («а вдруг анализ ошибся») → круг повторяется. Логика та же, что у ритуалов при ОКР (выпуск 9).

В терапии этот круг рисуют вместе, проверяют альтернативное объяснение («проблема не в болезни, а в страхе болезни»), с помощью поведенческих экспериментов смотрят, как внимание к телу усиливает ощущения, и постепенно сокращают проверки и поиск заверений трактовка; общее описание подхода.

Самое крупное испытание — CHAMP. В шести больницах общего профиля в Англии 444 взрослых 16–75 лет с выраженной тревогой о здоровье по жребию получали либо 5–10 сессий КПТ (в среднем около 6), либо обычную помощь. Терапию вели медсёстры и другие сотрудники без прежней подготовки по КПТ, после обучения и под супервизией. Через год нормальный уровень тревоги о здоровье был у 13,9% получивших КПТ против 7,3% при обычной помощи — примерно вдвое чаще; улучшение держалось и через 2 года доказано исследованиями; Tyrer et al., 2014. Честная оговорка: даже после КПТ большинство участников до нормального уровня не дошли. Это заметное улучшение, а не излечение для всех трактовка.

Один протокол для всех тревог

Если у тревожных расстройств общий механизм, можно ли лечить их одним методом?

Дэвид Барлоу считает, что можно. Его идея: у эмоциональных расстройств есть общая уязвимость — склонность сильно реагировать на негативные эмоции и избегать их. Единый протокол (Unified Protocol, UP) — это трансдиагностический подход, то есть один протокол для общих механизмов разных расстройств со слов автора; Barlow & Gallagher, Society of Clinical Psychology.

Модули протокола: адаптивная природа эмоций; мотивация; осознавание эмоций в настоящем моменте; когнитивная гибкость; выявление и предотвращение избегания эмоций; переносимость телесных ощущений; экспозиция к ситуациям и ощущениям, сфокусированная на эмоциях документальный факт; Barlow et al., 2017.

В испытании 2017 года (223 пациента с паническим расстройством, ГТР, ОКР или социальной тревогой; до 16 сессий) единый протокол оказался эквивалентен специализированным протоколам по тяжести основного диагноза, а лечение до конца прошли больше людей: 87,5% против 69,2% доказано исследованиями; Barlow et al., 2017. Критики отмечают, что выборка была образованной и в основном белой, больше половины участников принимали препараты, а исследование провёл центр самого Барлоу трактовка; Newby & Norton, 2018, The Mental Elf.

Насколько КПТ при тревоге помогает на самом деле

Ответ зависит от того, с чем сравнивать.

Если сравнивать КПТ с листом ожидания (люди просто ждут лечения), эффект большой: при социальной тревоге SMD −1,19 доказано исследованиями; Mayo-Wilson et al., 2014. Если с плацебо (например, беседами без лечебных техник или таблеткой-пустышкой), эффект умеренный.

Метаанализ Карпентер и коллег (2018) собрал 41 плацебо-контролируемое испытание (2835 пациентов) КПТ при тревожных и родственных расстройствах доказано исследованиями; Carpenter et al., 2018:

Как читать: g — стандартизированная разница между группами; 0 значит «разницы нет», около 0,2 — малый эффект, около 0,5 — умеренный, 0,8 и больше — большой трактовка; общепринятые ориентиры Коэна. Публикационное смещение — это когда успешные исследования публикуют охотнее неудачных, и средний эффект завышается. В исследованиях без ПТСР участники в среднем на 82% были белыми доказано исследованиями; Carpenter et al., 2018.

Другие оговорки:

• Качество данных при панике Кокрейновский обзор оценил как низкое и очень низкое доказано исследованиями; Pompoli et al., 2016.
• Эффект приверженности. Ключевые испытания (Кларк 1994, 1999, 2006; Дюга 2003; Барлоу 2017) провели группы — авторы протоколов. Компонентный анализ терапии паники называет риск смещения из-за приверженности исследователей среди своих ограничений, поэтому важны независимые повторения трактовка; Pompoli et al., 2018; Newby & Norton, 2018.
• Люди старше 55 лет. Против активного контроля эффект КПТ при тревоге был небольшим и незначимым доказано исследованиями; Gould et al., 2012, по NICE Evidence Update, 2012.
• Культура. Исследований КПТ тревоги на русскоязычных и азербайджанских выборках для этого конспекта найти не удалось.

Это не значит, что КПТ не работает. Это значит, что она помогает многим, но не всем и не волшебно. Подробно о доказательности и критике КПТ — в выпуске 14.

Мифы о тревоге: короткая проверка

Попробуйте: переводчик с языка тревоги

Упражнение на одну минуту. Это первый шаг самонаблюдения, а не лечение.

Смысл упражнения — заметить, что между ощущением и страхом стоит мысль. Это та же логика, что и в модели Кларка, но упражнение не заменяет терапию. Интероцептивные упражнения самостоятельно делать не нужно: их проводят с терапевтом и после медицинского обследования.

Когда идти к специалисту

• Атаки повторяются, вы начали избегать мест или дел, тревога мешает работе, учёбе, отношениям — сначала к врачу, чтобы исключить медицинские причины, затем к психотерапевту, который работает методами КПТ.
• К психиатру — если есть выраженная депрессия, мысли о смерти или самоповреждении, зависимость от алкоголя или успокоительных, если нужно решить вопрос о препаратах. При мыслях о самоповреждении откройте раздел «Если нужна помощь прямо сейчас».
• Психолог не исключает соматические болезни и не назначает препараты; это делает врач.

Проверьте себя

1. Чем страх отличается от тревоги? Страх — реакция на угрозу сейчас, тревога — на ожидаемую угрозу в будущем.
2. Что, по Кларку, превращает обычные ощущения в паническую атаку? Катастрофическая интерпретация: восприятие ощущений как признака немедленной беды.
3. Почему поведения безопасности поддерживают тревогу? Человек приписывает «спасение» защите и не узнаёт, что катастрофы не случилось бы и без неё.
4. Какие два элемента, по компонентному анализу, стоит включать в КПТ паники, а какой — нет? Включать очный формат и интероцептивную экспозицию; мышечная релаксация связана с худшим исходом.
5. Чем различаются модели ГТР Дюга, Уэллса и Борковца? Непереносимость неопределённости; убеждения о самом беспокойстве; беспокойство как избегание эмоций и телесного возбуждения.
6. Почему ещё один анализ «для спокойствия» не помогает при тревоге о здоровье? Заверение снимает тревогу ненадолго, но усиливает внимание к телу и сомнения, и круг проверок повторяется.

Что запомнить

• Тревога нормальна; расстройство — когда она избыточна, долго держится и мешает жить.
• Во всех моделях КПТ тревогу поддерживают избегание и поведения безопасности: они не дают проверить страх.
• Паника — это круг «ощущение → катастрофическая мысль → больше ощущений». Его размыкают пересмотром мыслей и намеренным вызыванием ощущений с терапевтом, а не расслаблением.
• При социальной тревоге человек видит себя изнутри своих ощущений; индивидуальная КПТ — первый выбор.
• При ГТР работают с отношением к неопределённости и к самому беспокойству, а не спорят с каждым «а вдруг».
• При фобиях главный метод — экспозиция по плану.
• При тревоге о здоровье КПТ сокращает проверки и поиск заверений; новые симптомы сначала обследует врач.
• Против плацебо эффект КПТ умеренный, и это честный ориентир. Медицинские причины симптомов и решения о препаратах — к врачу.

Источники

1. Antony, M. M., Ledley, D. R., Liss, A., & Swinson, R. P. (2006). Responses to symptom induction exercises in panic disorder. Behaviour Research and Therapy, 44(1), 85–98. https://experts.mcmaster.ca/scholarly-works/675531
2. Barlow, D. H., & Craske, M. G. (1988). Mastery of Your Anxiety and Panic. Graywind.
3. Barlow, D. H., & Gallagher, M. W. The promise of transdiagnostic treatments for anxiety disorders. Society of Clinical Psychology (APA Division 12). https://div12.org/?p=7723
4. Barlow, D. H., Gorman, J. M., Shear, M. K., & Woods, S. W. (2000). Cognitive-behavioral therapy, imipramine, or their combination for panic disorder: A randomized controlled trial. JAMA, 283(19), 2529–2536. https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/10815116/
5. Barlow, D. H., Farchione, T. J., Bullis, J. R., et al. (2017). The Unified Protocol for transdiagnostic treatment of emotional disorders compared with diagnosis-specific protocols for anxiety disorders: A randomized clinical trial. JAMA Psychiatry, 74(9), 875–884. https://open.bu.edu/handle/2144/33638
6. Beck, A. T., Emery, G., & Greenberg, R. L. (1985). Anxiety Disorders and Phobias: A Cognitive Perspective. Basic Books.
7. Behar, E., DiMarco, I. D., Hekler, E. B., Mohlman, J., & Staples, A. M. (2009). Current theoretical models of generalized anxiety disorder: Conceptual review and treatment implications. Journal of Anxiety Disorders. https://read.qxmd.com/read/19700258
8. Borkovec, T. D., & Costello, E. (1993). Efficacy of applied relaxation and cognitive-behavioral therapy in the treatment of generalized anxiety disorder. Journal of Consulting and Clinical Psychology, 61(4), 611–619. https://pure.psu.edu/en/publications/efficacy-of-applied-relaxation-and-cognitive-behavioral-therapy-i/
9. Borkovec, T. D., & Hu, S. (1990). The effect of worry on cardiovascular response to phobic imagery. Behaviour Research and Therapy, 28(1), 69–73. https://pure.psu.edu/en/publications/the-effect-of-worry-on-cardiovascular-response-to-phobic-imagery/
10. Brown, M. A. (2007). Cognitive biases in social anxiety (PhD thesis). University of Southampton. https://eprints.soton.ac.uk/466366/
11. Cackovic, C., Nazir, S., & Marwaha, R. (2023). Panic disorder. StatPearls. https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK430973/
12. Carpenter, J. K., Andrews, L. A., Witcraft, S. M., Powers, M. B., Smits, J. A. J., & Hofmann, S. G. (2018). Cognitive behavioral therapy for anxiety and related disorders: A meta-analysis of randomized placebo-controlled trials. Depression and Anxiety, 35(6), 502–514. https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC5992015
13. Clark, D. M. (1986). A cognitive approach to panic. Behaviour Research and Therapy, 24(4), 461–470. DOI 10.1016/0005-7967(86)90011-2. https://ora.ox.ac.uk/objects/uuid:96416d34-2558-4cef-9622-401c7b11490a
14. Clark, D. M., Salkovskis, P. M., Hackmann, A., Middleton, H., Anastasiades, P., & Gelder, M. (1994). A comparison of cognitive therapy, applied relaxation and imipramine in the treatment of panic disorder. British Journal of Psychiatry, 164, 759–769.
15. Clark, D. M., Salkovskis, P. M., Hackmann, A., Wells, A., Ludgate, J., & Gelder, M. (1999). Brief cognitive therapy for panic disorder: A randomized controlled trial. Journal of Consulting and Clinical Psychology, 67(4), 583–589. https://research.manchester.ac.uk/en/publications/brief-cognitive-therapy-for-panic-disorder-a-randomized-controlle/
16. Clark, D. M., & Wells, A. (1995). A cognitive model of social phobia. In R. G. Heimberg, M. R. Liebowitz, D. A. Hope, & F. R. Schneier (Eds.), Social Phobia: Diagnosis, Assessment, and Treatment. Guilford.
17. Clark, D. M., Ehlers, A., Hackmann, A., McManus, F., Fennell, M., Grey, N., Waddington, L., & Wild, J. (2006). Cognitive therapy versus exposure and applied relaxation in social phobia: A randomized controlled trial. Journal of Consulting and Clinical Psychology, 74(3), 568–578. https://ora.ox.ac.uk/objects/uuid:76bb2579-2c73-4188-aea9-d23ea66506b6
18. Craske, M. G., & Barlow, D. H. (2007). Therapist guide: Mastery of Your Anxiety and Panic (отрывок). OUPblog. https://blog.oup.com/2007/07/panic/
19. Craske, M. G., Treanor, M., Conway, C. C., Zbozinek, T., & Vervliet, B. (2014). Maximizing exposure therapy: An inhibitory learning approach. Behaviour Research and Therapy, 58, 10–23. DOI 10.1016/j.brat.2014.04.006
20. Davis, T. E., Ollendick, T. H., & Öst, L.-G. (Eds.) (2012). Intensive One-Session Treatment of Specific Phobias. Springer. https://link.springer.com/book/10.1007/978-1-4614-3253-1
21. de Jonge, P., Roest, A. M., Lim, C. C. W., et al. (2016). Cross-national epidemiology of panic disorder and panic attacks in the World Mental Health Surveys. Depression and Anxiety, 33(12), 1155–1177. https://diposit.ub.edu/dspace/handle/2445/128129
22. Domschke, K., & Zwanzger, P. (2025). Taxonomy of anxiety disorders: A comparison of ICD-10 and ICD-11. Der Nervenarzt. DOI 10.1007/s00115-025-01842-6
23. Dugas, M. J., Gagnon, F., Ladouceur, R., & Freeston, M. H. (1998). Generalized anxiety disorder: A preliminary test of a conceptual model. Behaviour Research and Therapy, 36(2), 215–226.
24. Dugas, M. J., Ladouceur, R., Léger, E., & Freeston, M. H. (2003). Group cognitive-behavioral therapy for generalized anxiety disorder: Treatment outcome and long-term follow-up. Journal of Consulting and Clinical Psychology, 71(4).
25. Eppel, A., & Swinson, R. P. (2024). Anxiety and related disorders in medical settings. McMaster Textbook of Internal Medicine. https://empendium.com/mcmtextbook/chapter/B31.II.21.5.
26. Gupta, A. 5 tips for using interoceptive exposure to face your fears. Anxiety and Depression Association of America. https://adaa.org/learn-from-us/from-the-experts/blog-posts/consumer/5-tips-using-interoceptive-exposure-face-your
27. Harvey, A. G., Clark, D. M., Ehlers, A., & Rapee, R. M. (2000). Social anxiety and self-impression: Cognitive preparation enhances the beneficial effects of video feedback following a stressful social task. Behaviour Research and Therapy, 38(12), 1183–1192.
28. Javaid, S. F., Hashim, I. J., Hashim, M. J., Stip, E., Samad, M. A., & Al Ahbabi, A. (2023). Epidemiology of anxiety disorders: Global burden and sociodemographic associations. Middle East Current Psychiatry, 30, 44.
29. Johns Hopkins Bloomberg School of Public Health (2014). Talk therapy — not medication — best for social anxiety disorder, large study finds. https://publichealth.jhu.edu/2014/talk-therapy-not-medication-best-for-social-anxiety-disorder-large-study-finds
30. Mayo-Wilson, E., Dias, S., Mavranezouli, I., Kew, K., Clark, D. M., Ades, A. E., & Pilling, S. (2014). Psychological and pharmacological interventions for social anxiety disorder in adults: A systematic review and network meta-analysis. Lancet Psychiatry, 1(5), 368–376. https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/26361000/
31. Newby, J., & Norton, P. (2018). Transdiagnostic and disorder-specific anxiety disorder treatments have equivalent treatment effects. The Mental Elf. https://nationalelfservice.net/mental-health/anxiety/transdiagnostic-and-disorder-specific-anxiety-disorder-treatments-have-equivalent-treatment-effects
32. NICE (2011, обновления до 2022). Generalised anxiety disorder and panic disorder in adults: management (CG113). https://www.nice.org.uk/guidance/cg113
33. NICE (2012). Evidence Update 22: Generalised anxiety disorder and panic disorder. https://www.nice.org.uk/guidance/cg113/evidence
34. NICE (2013). Social anxiety disorder: recognition, assessment and treatment (CG159). https://www.nice.org.uk/guidance/cg159
35. Nordahl, H. M., Borkovec, T. D., Hagen, R., et al. (2018). Metacognitive therapy versus cognitive–behavioural therapy in adults with generalised anxiety disorder. BJPsych Open, 4, 393–400. https://doaj.org/article/f7bdb3ec667f4028b12908bd56a16fcb
36. Öst, L.-G. (1989). One-session treatment for specific phobias. Behaviour Research and Therapy, 27(1), 1–7.
37. Pompoli, A., Furukawa, T. A., Imai, H., Tajika, A., Efthimiou, O., & Salanti, G. (2016). Psychological therapies for panic disorder with or without agoraphobia in adults: A network meta-analysis. Cochrane Database of Systematic Reviews, CD011004. DOI 10.1002/14651858.CD011004.pub2
38. Pompoli, A., Furukawa, T. A., Efthimiou, O., Imai, H., Tajika, A., & Salanti, G. (2018). Dismantling cognitive-behaviour therapy for panic disorder: A systematic review and component network meta-analysis. Psychological Medicine, 48, 1945–1953. https://boris.unibe.ch/110766/
39. Psychology Tools. Cognitive behavioral model of panic (Clark, 1986); Cognitive behavioral model of social phobia (Clark & Wells, 1995). https://www.psychologytools.com
40. Ruscio, A. M., Hallion, L. S., Lim, C. C. W., et al. (2017). Cross-sectional comparison of the epidemiology of DSM-5 generalized anxiety disorder across the globe. JAMA Psychiatry. https://hcp.hms.harvard.edu/publication/cross-sectional-comparison-epidemiology-dsm-5-generalized-anxiety-disorder-across-globe
41. Salkovskis, P. M. (1991). The importance of behaviour in the maintenance of anxiety and panic: A cognitive account. Behavioural and Cognitive Psychotherapy, 19(1), 6–19.
42. Salkovskis, P. M., Clark, D. M., Hackmann, A., Wells, A., & Gelder, M. G. (1999). An experimental investigation of the role of safety-seeking behaviours in the maintenance of panic disorder with agoraphobia. Behaviour Research and Therapy, 37, 559–574.
43. Rayburn, N. R., & Otto, M. W. (2003). Cognitive-behavioral therapy for panic disorder: A review of treatment elements, strategies, and outcomes. CNS Spectrums, 8(5), 356–362.
44. Schmidt, N. B., & Trakowski, J. (2004). Interoceptive assessment and exposure in panic disorder: A descriptive study. Cognitive and Behavioral Practice, 11, 81–92.
45. Society of Clinical Psychology (APA Division 12). Research-supported psychological treatments: Panic disorder; Generalized anxiety disorder; Social anxiety disorder. https://div12.org
46. Stein, D. J., Lim, C. C. W., Roest, A. M., et al. (2017). The cross-national epidemiology of social anxiety disorder: Data from the World Mental Health Survey Initiative. BMC Medicine, 15. https://doaj.org/article/30cfb5847c0d42be9b821122fa64ac8a
47. The Open University, OpenLearn. Panic attacks: what they are and what to do about them. https://www.open.edu/openlearn/health-sports-psychology/panic-attacks-what-they-are-and-what-do-about-them/content-section-2.1
48. Tunnell, N. C., Corner, S. E., Roque, A. D., Kroll, J. L., Ritz, T., & Meuret, A. E. (2024). Biobehavioral approach to distinguishing panic symptoms from medical illness. Frontiers in Psychiatry, 15. DOI 10.3389/fpsyt.2024.1296569
49. Wardenaar, K. J., Lim, C. C. W., Al-Hamzawi, A. O., et al. (2017). The cross-national epidemiology of specific phobia in the World Mental Health Surveys. Psychological Medicine. https://hcp.hms.harvard.edu/publication/cross-national-epidemiology-specific-phobia-world-mental-health-surveys
50. Wegner, D. M., Schneider, D. J., Carter, S. R., III, & White, T. L. (1987). Paradoxical effects of thought suppression. Journal of Personality and Social Psychology, 53(1), 5–13.
51. Wells, A. (1995). Meta-cognition and worry: A cognitive model of generalized anxiety disorder. Behavioural and Cognitive Psychotherapy, 23(3), 301–320.
52. Wells, A. (1999). A metacognitive model and therapy for generalized anxiety disorder. Clinical Psychology and Psychotherapy, 6(2), 86–95.
53. Wells, A. (2008). Metacognitive Therapy for Anxiety and Depression. Guilford.
54. Westphal, D., Gerlach, A. L., Lang, T., Wittchen, H.-U., et al. (2015). Die Effekte interozeptiver Expositionsübungen in der Kognitiven Verhaltenstherapie von Panikstörung mit Agoraphobie. Verhaltenstherapie, 25(4), 268–276.
55. Wolitzky-Taylor, K. B., Horowitz, J. D., Powers, M. B., & Telch, M. J. (2008). Psychological approaches in the treatment of specific phobias: A meta-analysis. Clinical Psychology Review, 28, 1021–1037.
56. World Health Organization. Anxiety disorders — Fact sheet (версии 2023 и сентября 2026 года). https://www.who.int/news-room/fact-sheets/detail/anxiety-disorders
57. Zlomke, K., & Davis, T. E. (2008). One-session treatment of specific phobias: A detailed description and review of treatment efficacy. Behavior Therapy, 39(3), 207–223. DOI 10.1016/j.beth.2007.07.003
58. Головачева, В. А., & Парфенов, В. А. (2017). Тревожные расстройства под маской вегетососудистой дистонии. Медицинский совет, (17), 26–30. DOI 10.21518/2079-701X-2017-17-26-30
59. World Health Organization (2026). ICD-11 for Mortality and Morbidity Statistics, v2026-01: блок 6B0 «Anxiety or fear-related disorders», 6B00–6B04. Официальный браузер: https://icd.who.int (из сессии проверки не открывался). Текст сверен по дословному зеркалу Find-A-Code: https://www.findacode.com/icd-11/block-1336943699.html
60. James, A. C., Reardon, T., Soler, A., James, G., & Creswell, C. (2020). Cognitive behavioural therapy for anxiety disorders in children and adolescents. Cochrane Database of Systematic Reviews, CD013162. DOI 10.1002/14651858.CD013162.pub2. https://www.cochrane.org/evidence/CD013162/cognitive-behavioural-therapy-anxiety-children-and-young-people
61. NICE (2013). Social anxiety disorder: recognition, assessment and treatment (CG159). Информация для пациентов: Treatment for children and young people. https://www.nice.org.uk/guidance/cg159/ifp/chapter/Treatment-for-children-and-young-people
62. Salkovskis, P. M., & Warwick, H. M. C. (1986). Morbid preoccupations, health anxiety and reassurance: A cognitive-behavioural approach to hypochondriasis. Behaviour Research and Therapy, 24(5), 597–602. DOI 10.1016/0005-7967(86)90041-0. https://www.psy.ox.ac.uk/publications/1028094
63. Tyrer, P., Cooper, S., Salkovskis, P., et al. (2014). Clinical and cost-effectiveness of cognitive behaviour therapy for health anxiety in medical patients: A multicentre randomised controlled trial. The Lancet, 383(9913), 219–225 (онлайн 18.10.2013). DOI 10.1016/S0140-6736(13)61905-4. Резюме: The Mental Elf, https://www.nationalelfservice.net/mental-health/anxiety/the-champ-rct-finds-that-cbt-is-more-effective-than-standard-care-for-reducing-health-anxiety/

Если нужна помощь прямо сейчас

Если жизни угрожает опасность, звоните в экстренную службу: 112 в большинстве стран, 911 в США и Канаде, 999 в Великобритании, 000 в Австралии. Линии поддержки по странам — на странице Помощь.

Источники изображений

На этой странице нет чужих изображений.